Россия — Родина моя! (von_hoffmann) wrote,
Россия — Родина моя!
von_hoffmann

Categories:

Как в советское время моряки в "загранку" ходили (воспоминания современников)



Sergey Markov:

Моряк загранплавания. Вроде, с одной стороны романтика дальних странствий и прочее. Но давайте рассмотрим этот тяжелейший труд, да-да, не смейтесь, труд в море это тяжелейший стресс для вашей тушки. Представьте, вы там изо дня в день на протяжении недели, месяца, бывало до полугода, если это научник. Вышел на точку, развернул антенны в небо и чего-то там вылавливает, то ли сигналы с Альфа Центавра, то ли переговоры по трансатлантическому кабелю. Вы сидите в железной бочке, где работает один здоровенный двигатель и еще два-три маленьких. Ну как маленьких, здоровенный двигатель - это размером с одноэтажный дом, маленький - это размером с легковую автомашину. Все это опутано электрическими кабелями, сверху постоянно работает радар и радиостанция. И все это, особенно радио, очень мощное, надо подавать сигнал на тысячи километров без ретрансляции и спутников. И все это еще и вибрирует и качается.

Но это обычные трудности работы в море, они и сейчас никуда не делись. А мы рассматриваем именно времена СССР. Почему люди рвались на флот? Зарплаты в общем и целом не особо шикарные, скажем так - обычные, учитывая что выходных у тебя нет, работа 4 через 8. Или просто от рассвета до заката. Главная проблема именно в этом - платили в море копейки. Но не за этими копейками люди шли в моря. Главное, это было ВАЛЮТНЫЕ командировочные: 64 инвалютные копейки в день. Да, да КОПЕЙКИ. Вы не ослышались. Но это только когда границу закрыли и судно ушло в нейтральные воды. И начали капать эти копейки. На них наши люди умудрялись обеспечивать себя и родственников импортными шмотками и даже радио товарами.

Грубо говоря, пол года человек копил деньги ради нескольких часов в порту Сеуты или Гамбурга, Антверпена, Стамбула, кто работал на Дальнем востоке или в ЧМП, там были другие порты отоварки, а Калиниградское пароходство и Ленинградское БМП. Это были самые вожделенные порты. Там в припортовых лавочках покупались шмотки, жвачка и радиотехника. И вот на них уже люди делали деньги. 20 долларовый плеер официально в комиссионке стоил уже 200 рублей. И так куда не кинь. Но те инвалютные копейки – это, естественно, мало, поэтому процветала контрабанда фото техникой, оптикой, икрой. В общем все, что можно было купить в СССР относительно дешево, за бугром загнать по их меркам тоже за копейки, но для нас это были уже приличные деньги.

Но в город надо было еще вырваться! Просто так было не выйти, даже если у тебя было свободное время. Надо было за день подать заявку на выход в город. Могли не пустить, если на тебя первый помощник или капитан зуб имели. Потом в столовой команды первый помощник (на судне это был замполит, нихрена не делал кроме собраний и политинформации и вот выдачи паспортов) выдавал паспорта. И под командой старшего группа пять человек ломилась бегом по этим самым дешевым магазинам. Почему бегом? Времени мало, а транспорт денег стоит, и отдать за автобус одно - двухдневный заработок это была непозволительная роскошь. И главное, чтобы не сбежали, в заложниках внутри СССР должен был оставаться кто-то из членов семьи, мама, папа, жена, дети.

По возвращении в СССР начинался опять же глобальный шмон, таможня искала контрабас (Примечание: контрабанду). Обычно находили, если только кто-то стукнул. Сам шмон происходил так: всех запирали в столовой и красном уголке, в коридорах выставляли перекрытие, и таможенники с погранцами и собаками выворачивали пароход на изнанку. Такого не было ни в одной стране в мире! Ну если только исключить Сев. Корею. Но у них, вроде, и флота особо не наблюдалось. Вот такая была романтика дальних странствий а ля СССР.

Тамара Кириченко:

Так если выворачивали наизнанку пароход, то как не находили обычно контрабас?

German Petrov:

Таможня если и находила, то только по стуку. Судно - это огромное строение, с огромным количеством помещений, переборок. В общем, если Вы себе не представляете, сложно коротко рассказать. Ну и если таможня была не проинформирована заранее, то за час-два что-то найти практически невозможно. В двух словах, конечно, не описать работу моряков. Но и никогда не слушайте жалующихся. Редко, но такие встречаются. Туда их никто под дулом не гнал. Я сам в море с 1984 года. Автор вспоминает жизнь научников, но есть ещё торговый флот. Да, получали валютные копейки и всегда и везде ходили пешком. По этому сразу узнавались наши моряки. По дружно шагающей толпе по обочине дороги. Автор написал, что в город выходили по пять человек. Возможно где-то какие-то первые помощники и капитаны рисковали, и брали на свой страх и риск ответственность, и отпускали в город по пять человек, что очень вряд-ли. Закон был: группа состояла из трех человек. Один из комсостава и двое рядовых. Один старший (из комсостава). Он и отвечает за все. Если не дай бог кто-то из группы остался там, то старший получал по полной. Сажать, конечно, не сажали, но лишали визы выездной, ну и карьера порушена. Так что тройки были, а не пятёрки. Дальше, в городе, там хоть все вместе. И это только очень маленькая частичка быта моряков. И ещё, да работа, действительно, не простая, но нельзя забывать и о плюсах. Без них никогда не бывает.

Jaugen Keppul:

Были разные суда и разные "моряки загранплавания". Кто-то работал на военных, осуществляя "связь с космосом", кто-то действительно изучал моря и океаны (что финансировалось уже по-другому), кто-то возил туристов, кто-то рыбачил... Условия, как и заработки, были разными. Хотя принцип один и тот же - государство платит тебе гроши (а если ты получаешь зарплату у иностранцев, еще и отбирает её большую часть), заработать кое-что можно только мелкой торговлей (что в совке называлось "спекуляцией" и попадало под уголовную статью).

Avi Rahim:

Поэтому многие бежали. У нас семь практикантов ушли в Штатах. А я был идиот и ... так до сих пор не там.

Дмитрий Могилевский:

И несмотря на все эти «прелести» люди мечтали об этой работе. Единственный для многих шанс посмотреть на нормальную жизнь. Сам думал поступать в мореходку. И если бы не уехали в 1990, наверное, так бы и сделал. Помню, как само слово нравилось, было в нем что-то ласкающее слух - «ЗАГРАНПЛАВАНИЕ».

Olga Grachova:

Грузин один рассказывал, как они в Италии продали несколько ящиков кильки в томатном соусе под видом красной рыбы. Говорит, потом три дня на берег не выходили, прятались на судне от обманутых итальянцев.

Ирина Егорова:

Да, а вы представляете работу на заводе или фабрике... Изо дня в день одну и ту же деталь точить, причем целый день, или строчить на машинке... Все проще в море и приятнее...

Владимир Король:

А Вы в этом море бывали? Причем не 2-3 дня на пассажирском судне, а в открытом океане, месяцами, в замкнутом пространстве и обществе? А работа столь же однообразная, как и на заводе, и даже хуже. А воду экономят, и даже для мытья рук дают в строго определенное время. Можно еще много всяких морских радостей припомнить.

Maya Biene:

У нас ходила байка, что один моряк купил себе на эти командировочные пластинку пинк Флойда за 120 долларов. И она приглянулась кому-то из таможни. И типа чтоб не досталась врагу, он её сломал пополам и выкинул в Дунай. Вообще-то я в это слабо верю. Но у нас, у моряков, был свой магазин торгмортранс, они там могли купить какой-то дефицит на свои командировочные. У детей моряков были фломастеры всех оттенков по 40 штук в упаковке, жвачка, шмотки, кассеты... Остальные только облизывались. Мою маму до развала СССР не брали врачом на судно, потому что у нас родственники за границей.

Jaugen Keppul:

Там были особые чеки - в виде книжечек, из которых вырывали листы. Удостоверения моряков загранплавания были у многих, но вот чеков на всех не хватало.

Maya Biene:

Ну к концу рейса тем, у кого остались командировочные, надо было их сдать, и их пересчитывали в эти чеки, как я поняла. Потом кто-то продавал их по тройной цене, и в итоге в магазине торгмортранса отоваривались те, у кого бабло было. Мой родственник работал водителем на складе, откуда поступали продукты в этот магазин, там маслины были ведрами по 5 кило.

Jaugen Keppul:

Что значит "по тройной цене"? Помню, что книжечку с страничками на 10 рублей продавали за сто. И это ещё была самая дешёвая цена.

Дмитрий Корнев:

Немного не о море, но все-таки. Точно такая же история, свидетелем которой я был, приключилась при увольнении солдат из Южной группы войск (оккупационного контингента в Венгрии) в 1988 г. Один сослуживец купил пластинку не помню кого, так кусок (даже не таможенник, просто местный козел) с ехидной улыбкой провел по ней несколько раз большим гвоздем. Так что морским историям с пластинками склонен верить. А еще в Лас-Пальмасе был специальный магазин "Совиспан" для советских моряков - дед рассказывал, он в ПО "Атлантика" работал.

Anatolij Mereally:

Один моряк мне в Одессе подарил одноразовые перчатки. Говорит, мол, докеры в портах Японии, Германии и пр. их выбрасывают по окончании смены, а наш брат выметает из мусорки. Стыдно, но ...

Pavel Raysin:

Капитан дальнего плавания Конецкий писал. Самый несчастный на советском судне в загранке был второй помощник. Он же второй штурман. Это грузовой помощник, ему за границей по магазинам - никак, ему и спать-то некогда, пока идет погрузка. Поэтому моряки старались поскорее проскочить эту должность - или повыситься, или уж понизиться. У него был второй, который раскрепил тяжелый груз в трюме ящиками с чем-то хрупким. Специально, чтобы в третьи разжаловали...

Михаил Юденко:

А в Чили - за медную болванку давали Джинсовый Костюм! Рассказывал парень - плохо привязали болванку, начали спускать с борта, абориген в лодке ловит... Болванка выскальзывает, ориентируется вертикально и пробивает днище в лодке аборигена...

Natali Deyneka:

Из рассказов папы. Да, тяжело психологически, многие сходили с ума, подрывали здоровье, кто ходил в рейсы более 15 лет. И выходили в город по 5 человек, среди которых 1 особист (чтобы чего наши не выдали). Бывало и по несколько женских кофточек на себя надевали (для жены), если не порвётся на нём, то привезёт.

Sergey Markov:

Торговый флот СССР был одним из крупнейших в мире. Чего только на нем не возили. Кроме обычных грузов даже солдат на Кубу. Да, да, в трюме делали казарму и вперед. Куба вообще будет занимать большое место в моем повествовании. И вовсе не потому что “Куба любовь моя!” а потому что мимо Кубы, наверное, не прошло ни одно судно европейской части СССР. В то время на Кубу везли ВСЕ, от продуктов до станков и оборудования. Потому, что стараниями все того же СССР Куба, некогда процветающий остров, стала страной изгоем с уровнем жизни как в СССР, если не ниже. А за возможность иметь военную базу под носом США и станцию слежения и разведке в Лурдесе СССР щедро снабжал кубинских “революционеров” всем необходимым. Правда это “все необходимое” было по советским меркам, ну чтобы с голоду не померли.

Стандартный рейс из Ленинграда: туда везем машины, станки, оборудование. Оттуда - сахар сырец. Заходов в нормальные порты вообще могло не быть. На Кубе можно было зависнуть вообще на неопределенное время. Друзья же! Если ген. груз разгружали в Гаване еще более-менее оперативно, то с продуктами была совершенно фантастическая история.

Пришел в Гавану сухогруз с картошкой. Загнали его в глубь порта, и местные стали его использовать просто как картофельный склад. С утра приезжал грузовик, его загружали, и на этом на день выгрузка заканчивалась. Потом картошка сгнила, ее оформили как корм для скота, получили премию, потом вышли из порта и все остатки отправили за борт.

Экипаж, конечно, от этого с одной стороны дурел, капитан заставлял вылизывать пароход что кот свои яйца, сходить некуда, одно счастье - валюта капает. После выгрузки все без исключения суда выходили в нейтральные воды, и происходила большая зачистка трюмов перед погрузкой сахара сырца. Трюма открывали, стрелы вываливали за борт, и весь экипаж вместе с ремонтной командой всю грязь, что осталась после выгрузки, закидывал в бочки, и боцман или плотник на лебедке вываливали это все за борт. Потом шли в деревню, где был завод по переработке сахарного тростника в сахар сырец.

Выглядело это так. Дикий берег, причала нет, из моря торчат причальные кнехты на сваях, связанные друг с другом мостиком, и маленький трап на берег. На берегу ангар, из которого торчит здоровенный транспортер с рукавом на конце. По идее он пароход может дня за три загрузить полностью. Но! Это же Куба! Социализм! То электричество не подали, то сахар не подвезли, то транспортер сломался. И подвисал наш экипаж в этих выселках на отшибе еще на месяц минимум. Ходили на шлюпке рыбу ловить, у местных на мыло меняли сигары и большие красивые ракушки. Как сейчас помню таксу. Кусок хозяйственного мыла 2 сигары или одна каракола. Но вот погрузка окончена, хорошо если за 2-3 месяца обернулись и почапали домой с полными трюмами сахара сырца. Сейчас наверное в магазине тростниковый сахар видели? Коричневый такой. Так вот этого сахара тысячи тонн. Сами понимаете, что дрожжи на судне тоже были. В итоге бидоны с брагой стояли везде, во всех “шхерах”. Капитаны всеми правдами и неправдами пытались выбить фрахты на доставку этого сырца в Европу. Или после разгрузки на Кубе уйти порожняком и грузиться где-то на Американском континенте, в идеале если на Гамбург или Антверпен. Но это бывало не часто. В итоге ты за 3 месяца кроме моря, Гаваны и деревни не видел вообще ничего, одна радость, валюта и чеки копились.

Также можно было угодить и в Северную Корею, то же ведь друзья лепшие! Мы туда, помнится, мочевину привезли, это типа удобрения. Это где Ленинград, а где Северная Корея? Да кто при социализме деньги считал? Вот это был действительно культурный шок. Пришли, ошвартовались. Под борт тут же подвалила канонерка советской постройки времен ВОВ с башней от танка Т-34-85 на носу. Зачем? Ну чтобы случайно кто в Корейский рай не рванул. Техника вся из СССР и на железной дороге ПАРОВОЗЫ. И это конец восьмидесятых! У трапа - погранец в будке, чтобы свои на судно не просочились и сбежать не смогли. Экипаж - максимум до дома моряка в порту и обратно, и чуть ли не под конвоем. Вот там народ оттягивался, все дешево, и для моряков изображали что у них там все хорошо. И что меня там окончательно добило, грузчики, которые работали в трюме, ВСЕ ЖЕНЩИНЫ. А надо было в ручную ворочать 50 килограммовые мешки с мочевиной в атмосфере аммиака. Там к трюму было подойти невозможно, а они там по 8 часов вкалывали. Из средств защиты - одни рукавицы.(...)

Но давайте теперь обратимся ко второму механику (...) Он после ночной вахты ленился мыться и переодеваться и прямо в робе топал в столовую команды. Да, на сухогрузе для офицеров - кают кaмпания, для остальных - столовая команды, камбуз, правда, один, и меню одно. Но в каюткампании обычно обслуживала женщина и салфетки, цветочки и стаканы тонкие. В столовой команды – дневальный, и уровень заводской столовки. Но кормили, как уже отмечал раньше, нормально. Воровать некуда, а за плохую готовки и побить могут.

Так вот, мыться нашему механику лень, а жрать охота, и по утрам он в столовую команды кушать ходил, после принятия пищи его обычно на поговорить пробивало. До сих пор жалею, что не записывал его байки. Но по большому счету все сводилось к одному. Пришли туда-то, там из бухла дешевое это, как нажрались, и потом шел рассказ, кто куда, извините, блевал. Пришли в Бразилию, там в хозмаге бутылки пластиковые, написано «алкол 96» и цена 20 центов за 1 литр. Наши стоят, жмутся, вроде страшно, а вдруг ослепнешь, и тут бомжара местный подваливает, тычет пальцем в это бухло и говорит: “Акол гуд!” Ну О.К., на пробу взяли, развели, пить вполне можно, только калошей воняет. Но кого это может остановить по 20 центов за литр? Затарились все. И бухали весь переход из Бразилии. Оттуда, кстати, нормальный сахар в мешках везли уже в Новороссийск. Как его потом местные воровали! Из трюма по вертикальному скоб трапу с 50 килограммовым мешком на горбу в легкую! А глубина одной палубы в трюме - это где-то трехэтажный дом.

Пьянство на флоте это вообще отдельная песня. С одной стороны это плохо, с другой стороны, это позволяло держать капитану экипаж в ежовых рукавицах. На всех был компромат, и попробуй только вякни, тут же вылетишь из плавсостава. Капитан и Первый помощник, конечно, устраивали собрания, где разорялись на эту тему, но обычно дальше грозных речей дело не шло.

Раз уж упомянул Первого помощника, то давайте обратимся к штатному расписанию. Капитан - это понятно, он всегда и везде есть, и без него никак. Старший помощник, плюс второй, третий и четвертый. Это судоводители, без них никуда. Иначе сутки никак на всех не разделить, чтобы люди еще и от усталости не померли.

А вот ПЕРВЫЙ помощник. Это коммунист болтун. Стен. газета, политинформация и собрания. На пассажирах был Пассажирский помощник, это трудяга, каких мало, его задача - выслушивать все жалобы на разных языках, общаться с народом, в общем, делать круиз для пассажиров максимально комфортным. Так вот, кроме этого гребца на галере в белой рубашке были еще ДВА! Да, да! ДВА ПЯТЫХ помощника. Два штатных агента КГБ. Почему два? Ну чтобы каждый на каждого досье вел. Эти кроме того, что везде нос совали и народ в стукачи вербовали, не делали больше ни хрена.

Еще была на советском флоте такая должность, как СУДОВОЙ ДОКТОР. Был лазарет с парой коек, ванной и прочим медоборудованием. Сами понимаете, народ на флот идет здоровый, и медкомиссия обязательна для всех и каждый год. Поэтому доктор обычно груши околачивал и от безделья и скуки в лазарете по потолку ходил. И, естественно, как врач без практики очень сильно деградировал. А все почему? Да просто валюту экономили. Если что, то никого в береговую больницу передавать не будем. Будем лечить на месте своими силами. После развала СССР доктора, первые и пятые помощники, естественно, с флота исчезли сами собой.

Ремонтная бригада - это брали с собой в рейс еще человек десять с берегового завода в качестве премии и для поддержания штанов. В итоге пароход вместо необходимых 25-28 человек катал до 50. И, да, советские пароходы с виду выглядели хорошо: всегда зачищенные, покрашенные, ну как же! Фасад СССР! А вот что за фасадом? Про пассажирские я уже рассказывал. Грузовики от них тоже не особо далеко ушли. Если пассажиры ВСЕ были построены за рубежами Родины, то грузовозы в основном внутри. СССР строил только класс “река - море” и почему-то лесовозы. Все остальное покупалось у проклятых Буржуинов. В итоге, как уже говорил выше, вместо штатных 25-28 человек каюты делались с учетом размещения 50, а так как размер надстройки никто в ущерб грузоподъемности увеличивать не хотел, то впихивали минимум по два человека в каюту. А значит, душ в коридоре, гальюн обычно тоже. Но это от проекта зависело. И опять же от возраста. Но мы с вами сейчас вспоминаем времена СССР. И основным тоннажем тогда были суда почтенного возраста.

Снабжение: если с продуктами еще капитаны выкручивались, брали в СССР по минимуму, а у первого шип шандлера уже затаривались по максимуму, то со всем остальным - это караул. Снабжали так, чтобы пароход мог как-то функционировать. Поэтому механики и радисты, если стояли рядом с буржуями, пытались всеми правдами и неправдами выцыганить у них фирменные исходники и детали. Камбуз. Там было оборудование то, что поставили при постройке парохода. И если что-то ломалось, и без него можно обойтись, то и не чинили.


Кнопка
или



Tags: СССР, история, коммунизм, мерзости советской жизни
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 23 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Recent Posts from This Journal