Россия — Родина моя! (von_hoffmann) wrote,
Россия — Родина моя!
von_hoffmann

Category:

Террор в Евпатории конца 1920-го — 1921-го годов




События в Евпатории этого времени, в отличие от происходившего в других крымских городах, не освещены в воспоминаниях современников. Единственным источником, проливающим свет на трагедию, являются материалы обнаруженных в архивах следственных дел репрессированных.

Во время эвакуации Русской армии из Евпатории на чужбину отправились около 8000 военнослужащих и гражданских беженцев.

13 ноября 1920 года власть в городе перешла к Военно-революционному комитету. «Для охраны внутреннего порядка» из местных рабочих и отпущенных пленных красноармецев были организованы вооружённые отряды. На следующий день в Евпатории появились первые разъезды красных, а 15 ноября 1920 года Евпатория была взята частями 1-й конной армии, Латышской и 30-й стрелковой дивизий 6-й армии Южного фронта. Красная армия не встретила никакого сопротивления, хотя в городе оставалось ещё множество частей и отдельных военнослужащих Русской армии, которые не смогли или не пожелали эвакуироваться, так как предпочли сложить оружие и сдаться, поверив обещаниям амнистии, распространяемым красным командованием

17 ноября 1920 года во всех городах «освобождённого» Крыма был вывешен приказ № 4 Крымревкома об обязательной регистрации в трёхдневный срок иностранцев, лиц прибывших в Крым в периоды отсутствия там советской власти, офицеров, чиновников и солдат армии Врангеля. За небольшим исключением, все категории лиц, указанных в приказе, подчинились ему, заполнили анкеты и тут же были арестованы. На тех же, кто не явился на регистрацию, в городе были устроены методичные облавы и обыски домов, первые из которых были произведены 24 и 25 ноября 1920 года, причём было арестовано до сотни человек. Подозрительных лиц помещали в городскую тюрьму. Массовые расстрелы арестованных начались уже через несколько дней. Репрессии в Евпатории проводили Особый отдел 46-й стрелковой дивизии, Евпаторийская ЧК, местный ревком, чрезвычайные «тройки» особых отделов ВЧК при Реввоенсоветах 6-й и 2-й Конной армий, Особый отдел «Побережья Черного и Азовского морей».

Расстрелы проводились следующим порядком: обречённым приказывали раздеться, выстраивали в шеренгу перед общей могилой, давали по ним залп из винтовок, и наскоро забрасывали яму с телами пригоршнями мерзлой земли. Иногда расстреливаемые оказывались только ранены, и им удавалось выбраться могилы. Дальнейшая судьба этих выживших могла сложиться по-разному, но в основном их всё равно ждала смерть. Исследователь Д. В. Соколов приводит следующий пример как характерный из подобных. Подполковник Русской императорской армии Василий Быкодоров был мобилизован в 1919 году во ВСЮР, вместе с остатками ВСЮР эвакуировался в Крым, обосновался в Евпатории. В Русской армии Врангеля уже не служил, за границу также не выехал. Во время регистрации зарегистрировался под вымышленной фамилией Бикабаров и указал, что служил во ВСЮР. Как Бикабаров был 15 декабря 1920 года был арестован Особым отделом 30-й стрелковой дивизии. Через 12 часов после ареста был приговорён к расстрелу, приговор приведён в исполнение немедленно. Шеренгу, в которой стоял Быкодоров, расстреливали последней. Быкадоров впоследствии рассказал: «Когда раздался залп я упал. Нас закидали сверху землей. Утром я почувствовал, что не ранен, вылез из земли». У Быкодорова имелись другие документы на имя Василия Кошеля, крестьянина Тираспольского уезда Бессарабии. Он воспользовался этими документами и с помощью своих знакомых, знавших его как Кошеля, 20 января 1921 года смог получить в милиции временное удостоверение на имя Кошеля, взамен изношенного. С этим документом он вновь явился на регистрацию 2 февраля 1921 года.

Но 9 марта 1921 года он опять был арестован уже как Кошель. Уже зная, что означает арест, бывший подполковник попытался бежать, но был ранен в ногу. Отвечая на вопрос следователя о причине попытки побега, арестованный говорил: «Не помню, после той ночи, когда меня расстреливали, со мной начались припадки, и, вероятно, испугался при воспоминании той ночи, решил бежать». После недолгого следствия «тройка» Особого отдела Черного и Азовского морей под председательством Чернобрового 9 апреля 1921 года постановила: «Быкодорова Василия Васильевича за службу в белой армии, проживание по подложному документу и как бывшего подполковника, приговоренного к расстрелу уже ранее, как врага трудового народа расстрелять». Приговор был приведен в исполнение в этот же день.

Помимо расстрелов применялись и другие виды репрессий – высылка из Крыма и заключение в концентрационный лагерь. Особенно активно эти меры стали применяться после того, как основная масса врагов была уже уничтожена — с весны 1921 года. В мае 1921 года была объявлена амнистия, в результате которой многие находившиеся в заключении были отпущены на свободу.

Палачи

В конце 1920 года расстрельные приговоры выносила чрезвычайная тройка особого отдела ВЧК при Реввоенсовете 6-й армии в составе председателя Н. М. Быстрых и членов: Степпе и С. А. Брянцева.

Жертвы

Местные жители:

Супруги Александра и Анна Гасс — он «за службу трубачом» в полку Белой армии, она — «за содействие мужу в борьбе с советской властью»;Макаренко Прокопий (1866—1920) — полковник в отставке. В Гражданской войне участия не принимал;Пиотровская Антонина (1902—1920) — учительница, расстреляна «за содействие и сочувствие Белой армии»;Подольская Клавдия (1900—1920) — учительница, расстреляна «за содействие и сочувствие Белой армии»;Сапунов Пётр (1851—1920) — полковник в отставке. В Гражданской войне участия не принимал;

Медперсонал:

Курбатская Мария Петровна (1904—2.12.1920), санитарка отделения тяжёлых раненых госпиталя 91-го полка 2-й конной армии, уроженка села Высокощепинцы, Черниговской губернии, проживала в госпитале Красного Креста в Евпатории. 25 ноября 1920 года арестована по обвинению «в выдаче коммунистов» белым в 1919 году. Обвинения отрицала, но всё равно была приговорена к расстрелу. В её архивном деле сохранился редкий документ — рапорт исполнителя об исполнении приговора: «Репорт. Ночальнику политштаба 002 — Конармии. Доношу согласно вашего личного указания о расстреле М. Курбатской что мною Курбатскую росстреляно в 23 ч. 50 мин. 2.XII-20. Красноармеец Рубежов»;

Священнослужители:

Кудринский Пётр (?—9.4.1921), уроженец Подольской губернии, священник при лазарете, арестован «за антисоветскую агитацию»;Сластовников Владимир (1846—5.1.1921) — «за публичное осуждение репрессий» в Евпатории.

Представители советской власти:

Коверков Павел (?—7.1.1921), заместитель начальника евпаторийской милиции, был арестован и расстрелян за то, что при Врангеле работал секретным сотрудником сыскного отделения Евпатории.

Расстреливали не только «классовых врагов», но и «своих» — рабочие евпаторийских предприятий и рядовые военнослужащие Русской армии, призванные по мобилизации, «простых солдат, служивших из-за куска хлеба и не разбиравшихся в политике», которые не собирались никуда эвакуироваться, так как были уверены, что им не угрожает месть советской власти.

В культуре

О революционных событиях 1917—1920 гг. в Евпатории в аллегорической форме повествуется в романе «Мы живые» американской писательницы российского происхождения Айн Рэнд, которая жила в Евпатории в 1919—1921 годах и была свидетельницей тех страшных событий.

Найдено здесь: https://vk.com/krasniyterror?w=wall-81082452_61969


Кнопка
или



Tags: большевизм, геноцид, история, коммунисты, копипаста, репрессии, экстремизм
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment